Боли при онкологических заболеваниях

Онкологическая боль

Боли при онкологических заболеваниях

Онкологические боли — самое мучительное проявление онкологического заболевания, которое приносит выраженный дискомфорт для пациентов и в значительной мере ухудшает качество жизни.

До 87% онкологических пациентов испытывают мучительные боли. Выраженность боли не зависит от стадии заболевания, распространения опухоли, её вида или размера.

Часто даже маленькая по размерам опухоль может вызывать сильную боль.

Остро возникшие боли при онкологических заболеваниях — сигнал тревоги.

При её появлении необходимо незамедлительно обратиться к врачу, так как она может свидетельствовать как о распространении опухолевого процесса или рецидиве опухоли, так и о внезапно возникшей серьёзной сопутствующей патологии. Хроническая онкологическая боль — один из тяжелейших симптомов заболевания, тяжело переносимый больными.

В ЦЭЛТ вы можете получить консультацию специалиста-алголога.

  • Первичная консультация – 4 000
  • Первичная консультация заведующего Клиникой боли – 4 500

Записаться на прием

Самая главная проблема, с которой сталкивается лечащий врач — определить причину боли. Это наиболее сложная часть диагноза, которая устанавливается при проведении осмотра и дополнительном обследовании. Так, боли в спине при онкологическом заболевании могут быть перемещёнными и их причина может крыться в заболевании поджелудочной железы, почек или толстой кишки.

Боль, источник которой не выявлен, рассматривается как боль при рецидиве заболевания. Особое внимание уделяется тому, как изменяются характеристики боли в процессе лечения:

  1. выраженность;
  2. распространение болевых симптомов за пределы поражённой области;
  3. появление новой боли;
  4. эффект от применения анальгетиков.

Причинами болей при онкологических заболеваниях могут быть:

  • продолжение роста новообразования;
  • формирование вторичных очагов опухоли (метастазирование);
  • прорастание опухоли в окружающие ткани;
  • инфицирование;
  • диагностика;
  • лечебные процедуры.

К какому врачу обращаться?

Современная медицина располагает средствами, позволяющими сделать лечение онкологической боли эффективным. Практически во всех случаях специалисты клиники ЦЭЛТ могут справиться с болевыми симптомами или существенно снизить их.

Для того чтобы правильно выявить причину боли, наши специалисты используют комплексный подход, при котором учитываются такие важные факторы, как:

  1. характер боли;
  2. терапевтическая тактика;
  3. постоянный уход.

Оценивая характер боли, наши специалисты уделяют внимание не только физической, но и психологической составляющей. Для того чтобы избавиться от боли, Вам не обязательно иметь московскую прописку. В клинике ЦЭЛТ выслушают любого, кто жалуется на боль при онкологическом заболевании, и направят к врачу-онкологу.

Лечение онкологической боли

Лечение онкологической боли у пациентов осуществляется поэтапно, с плавным переходом от слабых обезболивающих средств к более сильным:

  • ненаркотические анальгетики;
  • наркотические анальгетики слабого действия;
  • наркотические анальгетики сильного действия;
  • трансдермальные системы для непрерывного поступления наркотических анальгетиков;
  • длительные внутривенные и подкожные инфузии лекарственных средств.

Однако, в ряде случаев наступает момент, когда даже самые сильные препараты перестают помогать. Для того чтобы облегчить больному страдания и улучшить качество жизни, применяются также следующие современные методики:

Метод продлённой анальгезии, или управляемая пациентом анальгезия

Данный метод заключается в установке специального устройства для введения обезболивающего препарата по катетеру непосредственно в эпидуральное пространство, то есть непосредственно к нервным корешкам спинного мозга, отвечающим за передачу болевых импульсов. Это устройство имеет регулятор скорости подачи лекарственного вещества, а также кнопку для выброса анальгетика, посредством которой пациент может быстро купировать внезапный приступ боли.

Невролиз, или радиочастотная деструкция чревного (солнечного) сплетения

Врач под контролем рентгена разрушает сплетение путем химического или электрического воздействия, вследствие чего наблюдается прекращение болевой импульсации от поражённых органов и пациент перестает испытывать мучительные боли.

Импульсная радиочастотная деструкция нервов

Радиочастотная деструкция нервов обеспечивает стойкий обезболивающий эффект, который сохраняется до года и более. Это малоинвазивная нехирургическая процедура, которая позволяет значительно облегчить боль в тех случаях, когда другие способы лечения не приводят к желаемому результату.

Источник: //www.celt.ru/simptomy/onkologicheskaya-bol/

«Эту боль невозможно терпеть»

Боли при онкологических заболеваниях

Больные онкологией жалуются на то, что им очень сложно получить необходимые обезболивающие. В итоге, им приходится переносить боль, которую многие называют нестерпимой. Описать боль, с которой сталкивается раковый больной, согласился также участник форума «Ракпобедим.ру» по имени Антон. Он предпочел сохранить анонимность.

Антон пережил рак толстого кишечника, операцию по удалению опухоли и рецидив.
'До операции большого дискомфорта не испытывал. Веду здоровый образ жизни: не курю, практически не употребляю алкоголь, болел ОРЗ в среднем по неделе раз в три года. Вы не поверите, но до 52 лет не было сделано ни одной внутривенной инъекции.

Выявлен мой колоректальный рак был практически случайно. В конце 2010 года при периодическом медосмотре дерматолог посоветовал проверить у гастроэнтеролога печень на паразитов. Сдавал анализы, проверяли кровь, желчь, проходил диагностические обследования — явного криминала не было.

Была назначена колоноскопия, ее проходить было страшновато, и я пошел на диагностику только 13 апреля 2011 г. Тут cancer и был обнаружен, взята биопсия, подтвердившая неважный прогноз.

Мудрый диагност не стал скрывать, что ситуация очень серьезная, сказал буквально, что лучшее решение срочно оперироваться в областной клинике в специализированном коло-проктологическом отделении, в других клиниках, в том числе в онкодиспансере нет специалистов.29 апреля 2011 года меня уже оперировали две бригады хирургов.

Четыре дня в реанимации, месяц в стационаре, семь месяцев на больничном. Послеоперационные свищи затягивались почти полгода, т.к. степень проникновения опухоли в окружающие ткани по стандарту TNM составила Т4 и вырезали окружающей ткани достаточно много.Учитывая краткосрочность периода между диагнозом и операцией, я даже не успел испугаться.

Не было какого-то страха смерти, ужаса от диагноза. Было внутреннее опустошение, с одной стороны, и какое-то непонятное спокойствие от того, что самое страшное в жизни человека, что может случится с его здоровьем, уже у меня позади. Ведь каждый из нас пока здоров, подсознательно об этом думает, что рано или поздно обязательно в его жизни будет до и после.

Боль появилась после операции, боль, как от травмы острая. По мере затягивания и зарастания характер ее стал меняться от острой до тянущей на месте срастания мышц на поверхности и внутри организма, где была опухоль. В стационаре, в реанимации снимали боль «Промедолом», а далее — обычными лекарствами.

После выписки тянущие боли в тазу не уходили, но первые два года были вполне терпимые и я никаких обезболивающих не принимал.В конце 2013 г. характер тазовых болей изменился, стал распирающий — как будто все, что внутри находится, пытается выйти наружу, но не может, как какой-то не созревший гнойник, который нелья выдавить. Периодически усиливаясь до прострелов.

Естественно, пытался снять боли обезболивающими, но анальгины, миги и прочие рекламируемые средства давали нулевой эффект. Боль усиливалась ночью, в сидячем и лежачем положении. Я спал по 2–3 часа, периодически вставая, чтобы походить и снизить напряжение.

Пошел по врачам: онколог, невролог, уролог. Сдаю анализы, прохожу УЗИ — не идеально, по возрасту, но и явных критических отклонений нет. Уролог — это не мое, иди к онкологу. Онколог — это не мое, иди к неврологу. Невролог — это не мое, иди к обратно к онкологу.

У онколога, интерна из Бурятии, грусть в глазах с желанием вернуться на историческую родину. На столе два талмуда — Мошковский и справочник онкологических болезней откуда он делает выписки в карточку. Стоит на своем — боли от защемленного нерва. Говорю ему: «Боль есть, диагностики нет, у нас она на УЗИ закончилась? Назначайте МРТ». У онколога ужас — «нам заведующая не разрешает». Единственное, что предложил схемы обезболивания с «Кеторалом», «Кетоналом» и спазмалитиками, эффект тоже был нулевой, но что-то серьезнее уже не предлагает, типа у нас других схем нет. Серьезное обезболивание только для четвертой стадии.После подобных походов вспомнил про спасение утопающих… собрал выписки отправил на заочную консультацию в Московский коло-проктологических центр. Буквально на следующий день, а было это в самом конце декабря, получил внятный ответ. Причины тазовых болей, вероятно, следующие: воспаление, разрастание фиброзной ткани или рецидив. Все это без проблем видно на МРТ органов малого таза. Чтобы исключить неврологические проблемы так же сделать МРТ крестцовой области.Сделал МРТ за свой счет. В общем МРТ ОМТ и показало наличие рецидивного узла на месте удаленной опухоли. Причина болей была определена. Заключение МРТ было получено 30.12.2013 г.Кое-как пережил бесконечные новогодние каникулы. В первый рабочий день пришел к заведующей, высказал, что думаю о порядке оказания онкологической помощи. Тем более, что я уже проработал этот вопрос с правовой точки зрения. Оказывается, что в законодательном плане не так все и плохо, есть Приказ Минздрава № 915н «О порядке оказания онкологической помощи», есть местные алгоритмы ее реализации, вполне внятные и четкие по срокам и реализации, есть порядок оказания высокотехнологической помощи. Все прописано, только соблюдай. Получил направление по форме 057У в специализированный центр, прошел там консультации.Было принято решение на ВК по динамичному наблюдению за развитием процесса. Примерно через три месяца в поликлинике онколог (другой) выписывает направления на стандарные анализы и обследования по cito (по алгоритму отводится 10 дней), выдает форму 057 в онкодиспансер, далее в онкодиспансере проводят углубленной обследование и МРТ, определяют дальнейшую тактику.Так же в это время произошла незначительная либерализация по выдаче обезболивающих, тот же «Трамол» участковый терапевт сейчас выписывает без проблем. Не знаю, кто и за что считает «Трамол» чуть ли не наркотиком, в моем случае он только немного гасит острую фазу боли, распирающая и постоянная боль в тазу никуда не уходит. Но нет острой, и то хорошо.

Сейчас как раз прохожу очередное обследование в онкодиспансере. Динамика не очень хорошая».

Объяснить, что такое боль, которую испытывает онкологический больной, согласилась автор книги «Про меня и Свету. Дневник онкологического больного» Вероника Севостьянова. Книга была написала в период лечения в онкоцентре в посёлке Песочный Ленинградской области.«Со Светой мы вместе проходили лечение в онкологических центрах Санкт-Петербурга. Я выжила, Света умерла. Света сейчас лежит на Смоленском кладбище, недалеко от Святой Ксении Петербуржской, а я до сих пор вспоминаю эту нашу короткую дружбу длиною в полтора года и Светины последние дни.Проблемы в российской онкологии это не только проблемы с обезболивающими в те дни, когда метастазы окончательно захватывают организм. Это и очереди на приём к профильному врачу, и невозможность своевременно бесплатно сдать необходимые анализы и пройти осмотр перед процедурами химиотерапии, хирургии или радиационного облучения.В те долгие месяцы, когда мы активно лечили рак, мы со Светой и другими моими подругами по больнице постоянно играли в какую-то больничную рулетку. Надо было найти возможность выписать направление на бесплатные анализы на кровь, мочу и кардиограмму. Найти путь обхода длинной очереди на облучение. Узнать в какой из клиник города вводят «правильную химию». Ведь когда ты слышишь признание врача: «В нашей клинике сейчас закупили некачественные препараты, я бы вам не советовал проходить лечение здесь», то понимаешь, что попал в заколдованный круг и выхода практически нет. Чтобы перевестись в другую клинику надо заново отстоять очередь, заново собрать документы и пройти обследования и заново поверить, что у тебя ещё есть время. А сколько времени даётся онкологическим больным?«Светочка, у меня ощущение, что в позвоночник мне вбили раскалённый штырь. И он сжигает меня изнутри», — это я жаловалась Свете в период, когда мы проходили химиотерапию. У меня не было в костях метастаз, но даже вводимый в организм яд химии заставлял стонать от боли.«Ты помнишь тот раскалённый штырь в позвоночнике?, — спросила меня Света за три недели до своей смерти, — у меня теперь эта мука во всех костях, и я не знаю как от этого не кричать». Свету просто выписали из больницы, когда очередная химия была отторгнута организмом, и отпустили домой. Умирать. 29 августа, в последний день, когда она ещё могла говорить, она меня спросила: «За что же они меня так?». И я не нашлась, что ей сказать.«Трамадол» — это опиумный наркотик, который выписал Свете её врач из поликлиники. Увидев снимки с метастазами, он выписал вдвое положенного объёма, чтобы хватило на большее количество дней. Да, да, этот врач нарушил нормативы, а потому я никогда не произнесу вслух его фамилию, потому что этот человек, взяв на себя страх ответственности, хоть немного облегчил Светину последнюю боль.До морфина мы так и не дошли. Просто не успели обежать все положенные инстанции, чтобы оформить документы. Света умерла от того, что её сердце не выдержало. Умерла в те дни, когда метастазы захватили ещё не весь организм. И я понимаю, что с такой достаточно быстрой смертью Свете повезло. А меня трясёт от страха, когда я думаю о том, что мои метастазы могут бродить где-то внутри меня.

Надо ли писать о тех, кто выбрал свой путь ухода от боли, выбрав самоубийство? Это очень сложный вопрос. Нельзя пропагандировать, но и замалчивать нельзя. Самоубийство, как и любой радикальный метод не поможет решить проблемы общества.

Громкое событие вызовет громкий резонанс и громкие же отклики власти, но, боюсь, что спустя время всё вернется на круги своя. Но каков путь решения? Я не знаю.

Поэтому я могу лишь подтвердить, что онкологическая боль — это та боль, которую невозможно перетерпеть».

Фонд помощи хосписам «Вера» помог разобраться в сложившейся ситуации. На основе материалов фонда мы выделили несколько ключевых проблем.

Обезболивающих не хватает

Помимо довольно жесткой процедуры получения лекарств есть проблемы и с их наличием. Часто пациентам выписывают не те препараты, которые им нужны, а те, что есть в наличии.

В некоторых населенных пунктах за обезболивающими приходится ехать 50–100 км, говорится на сайте фонда. В Москве обезболивающие можно получить только в 50 аптеках.

Во всей Чечне право продавать такие препараты имеют право семь аптек, раньше была всего одна.

Врачи боятся выписывать наркотические препараты

Проблема и в том, что врачи просто боятся выписывать препараты, ведь это может обернуться уголовным преследованием. Эта одна из причин, почему пациентам не назначают морфин.

В Москве в каждой поликлиние на дом морфин получают 2–5 человек — это, по оценке экспертов фонда, очень мало. Поликлиники не руководствуются мнением пациентов о степени боли.

Врачи и пациенты не знают о новых нормах

Часто врачи и пациенты просто не узнают о том, что в правилах предоставления обезболивающих что-то изменилось. Например, детям можно выписывать обезболиваюие во взрослых поликлиниках.

Нет сопутствующей терапии

Чаще всего врачи не назначают сопутствующую терапию, например, не выписывают антидепрессанты или психотропные препараты. Врачи не знают, что они нужны пациентам. Побочные действия обезболивающих никак не компенсируются, а за эмоциональным здоровьем пациентов никто не следит.

Источник: //les.media/articles/807362-etu-bol-nevozmozhno-terpet-for-landing

Боль: причины и особенности при онкологических заболеваниях

Боли при онкологических заболеваниях

Боль выполняет в жизни человека сигнальную и защитную функции. Она оповещает о возникшем неблагополучии в результате внутренних или внешних влияний и вынуждает к принятию мер – выяснению причины и прекращению действия повреждающего фактора.

Некоторые неврологические заболевания, сопровождающиеся снижением или отсутствием болевой чувствительности, делают больных очень уязвимыми.

Боль часто является первым, но, к большому огорчению, не ранним симптомом многих онкологических заболеваний, приводящим пациента к врачу. У пациентов онкологического профиля боли возникают на разных этапах болезни в двух-трех случаях из четырех.

Виды боли

Встречаются разные виды боли:

  1. острая и хроническая. Острая продолжается до нескольких месяцев и воспринимается как временная. Хроническая существуют более трех месяцев, и больной теряет надежду когда-нибудь от нее избавиться;
  2. соматическая (при повреждающем действии на кожу, соединительную ткань, кости, мышцы) и висцеральная (при патологии внутренних органов);
  3. постоянная и приступообразная;
  4. различная по характеру – ломящая, давящая, стреляющая, рвущая, режущая, колющая, ноющая;
  5. связанная с действием внешних факторов (положением тела, приемом пищи) и не зависящая от них;
  6. проецируемая и отраженная, отличающаяся раздражением в одном случае нервных волокон, а в другом – кожных рецепторов на отдалении, связанных с патологически измененным внутренним органом (например, боль в руке и нижней челюсти при стенокардии).

Проявления болевого синдрома

Боль – субъективное ощущение, по-разному воспринимаемое разными пациентами, страдающими одной и той же патологией в одинаковой стадии. Это связано с разными порогами восприятия боли, особенностями психоэмоционального состояния, полом, возрастом, общим состоянием.

Более того, один пациент может воспринимать боль одинакового происхождения по-разному. Ночью, во время бессонницы, наедине с тревожными мыслями боль ощущается сильнее. Она усиливается, если ее ожидают, если больной находится в депрессии и не чувствует моральной поддержки, если он оставлен один на один с болезнью.

Боли у пациентов с онкологическими заболеваниями могут быть вызваны прямым разрушающим влиянием опухоли – прорастанием капсулы печени, листков плевры, надкостницы, нервных стволов, сдавлением внутренних органов, нарушением проходимости кишечника, пищевода или желудка.

Вероятность появления болевого синдрома и степень его выраженности зависят от локализации опухоли, ее размеров, степени распространения.

Многие методы лечения в онкологии достаточно агрессивны и сами могут причинять боль. Это и послеоперационные боли, и боль от повреждения слизистых на фоне химиотерапии или лучевого лечения, и болезненное введение препаратов или взятие анализов.

Хроническая боль у онкологических пациентов перестает выполнять охранительные функции. Напротив, она оказывает повреждающее действие, истощая силы больного, необходимые для борьбы с опухолью, резко снижая качество жизни, подчас делая ее невыносимой.

Лечение боли у онкологических пациентов

Борьба с болью – одна из важнейших задач в практике врача-онколога. Она ведется в двух направлениях:

1. Устранение причины боли – лечение непосредственно злокачественной опухоли с целью ее полной или частичной ликвидации. 2. Изменение восприятия боли методами прерывания потока болевых импульсов, а также снижения их актуальности на уровне высшей нервной деятельности. Для этого используются лекарственные препараты:

  1. ненаркотические анальгетики;
  2. наркотические анальгетики;
  3. нестероидные противовоспалительные средства;
  4. стероидные гормоны;
  5. антидепрессанты;
  6. транквилизаторы;
  7. противоэпилептические и противопаркинсонные средства с антиневралгическими эффектами.

Эти средства действуют на разные механизмы боли – одни прекращают передачу болевых сигналов в нервную систему, другие действуют на сопутствующий воспалительный процесс, третьи повышают порог восприятия боли.

Немедикаментозные методы лечения боли:

  1. лучевая терапия (часто эффективна при метастазах в кости);
  2. хирургические вмешательства (например, устранение асцита, экссудативного плеврита, непроходимости полых органов);
  3. нейрохирургические операции (всевозможные блокады, нейроаблация);
  4. психотерапия.

Особенности лечения боли в Онкологическом госпитале

На основе научных исследований и наблюдений тысяч онкологических пациентов были разработаны международные стандарты лечения боли, которых придерживаются в Европейской Клинике.

В них обозначена очередность назначения препаратов из разных групп и критерии перехода к более сильнодействующим средствам. Очень важно, что они назначаются не на высоте болей, а заранее, с целью профилактики выраженного болевого синдрома. В зависимости от конкретной ситуации используется введение средств «по часам» и «по потребности».

Благодаря системному подходу и умелой комбинации препаратов врачам Европейской Клиники удается выполнять эффективное обезболивание, длительно не повышая дозы, не переходя к следующим группам и максимально отодвигая момент толерантности (снижения восприимчивости) к медикаментам.

Также широко используются все вышеперечисленные методы немедикаментозного лечения боли. Поэтому большинство пациентов оказываются от нее полностью избавленными, а остальные чувствуют себя вполне приемлемо.

Источник: //onco-hospital.ru/oncology/

Боли при раке: какая бывает боль при онкологии? Почему при раке сильные боли, причины

Боли при онкологических заболеваниях

Боль не всегда сопровождает онкологическое заболевание и возникает много реже, чем принято считать. И также нечасто боль при раке достигает пугающей окружающих невыносимой интенсивности. 

Что такое боль?

Боль – это сигнал о неблагополучии и ответ организма на непорядок в нём. Боль – психофизиологическая реакция на органические изменения в любой части организма человека.

Боль – защитная реакция организма на избыточное раздражение нервных окончаний каким-то патологическим фактором.

Но именно «защитная» смущает больше всего, потому что боль воспринимается как нападение своей части организма на весь организм – свой на своего.

Боль – это ощущение, которое каждый воспринимает по-своему, очень индивидуально. Её практически невозможно оценить объективно. Казалось бы, совершенно одинаковая по причине возникновения и локализации боль у каждого человека по ощущениям совсем разная.

Приходится просто верить ощущениям того, кто мучается от боли. Ощущение невозможно увидеть, но очень сильная боль видна, воплощённое в движениях болевое ощущение производит настолько неизгладимое впечатление, что у очевидца навсегда появляется страх боли.

Какой бывает боль?

  • Боль во внутренних органах называется висцеральной, если повреждена кожа, мышцы или кости, то это соматическая боль. Повреждение нервов отзывается нейропатической болью. Ноцицептивная боль возникает в месте повреждения, это боль после операции, когда болит именно разрез.
  • Боль не всегда возникает в месте повреждения. Так при сдавлении нервного сплетения увеличенными лимфатическими узлами надключичной области, болит локоть, который иннервирует веточка поражённого нерва, и боль называется проецируемой. При опухолевом поражении желчного пузыря болит ключица, и тогда эта боль отражённая.
  • Боль бывает кинжальной, режущей, колющей, тянущей, давящей, обжигающей, тупой, схваткообразной.
  • Острая боль может быть разной, но главное, что она временная. Острая боль существует дни и недели, но не месяцы и годы. Вероятность избавления от боли, надежда жить без боли может изменять её восприятие на более позитивное.
  • Боль дольше 3 месяцев существования считается хронической. Хроническая боль становится самостоятельной, помимо болезни её вызвавшей, она постоянна, поэтому и воспринимается как безнадёжная и вечная.

Боль всегда разная

Нет двух одинаковых болевых синдромов. Одинаковая по анатомо-физиологическим характеристикам боль каждым человеком психологически воспринимается индивидуально. Это объясняется генетическими особенностями психологического восприятия и воспитанием.

Боль у человека, потерявшего надежду на излечение и помощь специалистов, сильнее, чем у ещё верящего в личное светлое будущее. Женщины выдерживают более сильную боль, чем мужчины.

Но не все женщины одинаково воспринимают интенсивность боли, некоторые изнеженные дамы к маленькой боли добавляют чрезвычайно много эмоций.

Но и у одного и того же человека боль тоже разная в разное время. Ночью боль сильнее, потому что нет отвлекающих факторов дневной жизни, человек страдает в одиночку, а одному болеть всегда хуже.

Изменение атмосферного давления может усилить ощущение, высокая влажность воздуха тоже не помогают. Недосып и нервозность могут сделать боль и сильнее, и слабее, тогда как принципиально интенсивность боли не изменилась.

Ожидание боли тоже играет на её усиление. Каждый день с болью не похож на предыдущий и последующий.

Интенсивность боли определяется самим страдающим. Конечно, его ощущения не могут соответствовать реальности, но это восприятие ему диктует собственный порог болевой чувствительности, собственная эмоциональность. Кто-то боль преувеличивает, кто-то преуменьшает, правда в том, что от боли любой интенсивности человек страдает телом и душой.

Онкологическая боль

У онкологического пациента боль бывает часто: это острая боль после операции, острая боль при осложнениях химиотерапии и хроническая боль при лучевых повреждениях мягких тканей, острая боль при взятии анализов крови и введении лекарств, хроническая боль от развивающейся опухоли и растущих метастазов. Каждая боль имеет свою эмоциональную окраску: жгучая, тупая, спастическая.

Пациент может одновременно иметь несколько видов боли: тупая боль в поясничном отделе позвоночника, поражённом метастазами, которая становится острой при изменении положения тела.

И тут же острая жгучая боль из-за развившегося после химиотерапии лекарственного стоматита и спастическая из-за поражения слизистой кишечника.

При этом совершенно не исключаются обычные для всех людей временные головные боли, связанные с утомлением или повышением давления.

Онкологическая боль связана с наличием опухоли, первичной или вторичной – метастазов. Метастазы прорастают в окружающие здоровые ткани, вовлекая в раковый процесс и разрушая нервные окончания, сигнализирующие в головной мозг о беде.

Не во всех органах метастазы вызывают боль. Так поражение лёгочной ткани безболезненно пока процесс не вовлечёт плевральные листки, которые будут болеть во время вдоха.

Боли в печени или почке появятся при вовлечении в раковый процесс капсулы, покрывающей орган.

Метастазы в костях заболят, когда процесс распространится на обильно иннервированную надкостницу – внутри кости почти нет нервов, а поэтому боли тоже не будет. Метастазы в головном мозге оттесняют ткани, но боль появиться только при сильном сдавлении мозга, плюс дополнительное производство ликвора и нарушение его оттока повысит внутричерепное давление.

Как лечат боль

Любая опухолевая боль вынуждает к ограничениям активности и движений. Но острая боль проходит, а хроническая боль не позволяет делать привычное и необходимое, может уложить в постель и вовсе обездвижить, чтобы движения не вызывали усиления боли.  

Не всегда возможно полностью снять хроническую боль, но нельзя не пытаться её уменьшить:

  • терапевтическим влиянием на болезнь, её вызвавшую;
  • медикаментозным увеличением порога болевой чувствительности;
  • анестезирующими блокадами проводящих боль нервных окончаний;
  • психологической поддержкой пациента;
  • изменением образа жизни пациента на дающий меньше поводов для усиления боли.

Лечение боли нельзя сводить только к приёму обезболивающих препаратов. Но лекарственная терапия, тем не менее, должна быть правильной и адекватной.

Поскольку метастазы, особенно костные, удалить не представляется возможным, со временем они обеспечивают постоянную боль.

Обезболивать в этом случае можно не только анальгетиками, но и химиотерапией, и бисфосфонатами, и радиоактивными препаратами. Варианты разнообразия обезболивающей терапии есть не только при костном поражении.

Лекарственная терапия

Основная цель лекарственного воздействия – быстрое и надежное достижение обезболивающего эффекта.

Всемирная организация здравоохранения предлагает несколько этапов лечения боли, на каждом из которых используются определённые группы средств, начиная с достаточно эффективных у большинства пациентов и малотоксичных, постепенно переходя к препаратам с большим числом побочных реакций. При выборе вида обезболивания обязательно учитывается степень страданий и влияние боли на качество жизни.

5 рекомендаций пациентам и их близким

  1. При усилении интенсивности хронического болевого синдрома не стоит одновременно использовать для лечения боли препараты одной группы, эффект вряд ли вырастет, но побочные реакции гарантированы в большем объёме и выраженности. К примеру, диклофенак и ибупрофен или вольтарен сочетать нецелесообразно. Надо выбрать препарат другой фармакологической группы.
  2. Не всегда наркотический анальгетик становится панацеей. К примеру, боли в кишечнике лучше снимаются спазмолитиками или комбинированными с ними препаратами, костные боли хорошо реагируют на нестероидные противовоспалительные средства (НПВС), неврологическая боль мало чувствительна к наркотикам, а помогает НПВС кеторол.
  3. В некоторых случаях требуется назначение наркотиков с НПВС.
  4. Если обезболивающее лекарство совершенно не снимает боль 12 часов, то либо надо увеличить его дозу, либо поменять препарат.
  5. Всегда необходимо лечить сопутствующие патологические симптомы, самостоятельно не вызывающие боль, но усугубляющие психологический дискомфорт и физические страдания.

    К примеру, ликвидировать запор или изжогу.

Принципы лечения боли

  • Эффект лекарства не всегда одинаковый, он зависит от настроения, времени суток, наличия рядом близких, даже от погоды. Подход к назначению обезболивающего индивидуальный.
  • Разработаны стандартные последовательности назначения обезболивающих препаратов, показавшие эффективность на тысячах пациентов, их необходимо придерживаться. Время для эксперимента придёт позже, а до того надо использовать наработанное человечеством и доказавшее свою эффективность и пользу.
  • При утрате чувствительности к лекарственному средству, переходят к более сильному препарату, выбор аналогичного по активности препарата неправилен.
  • На любом этапе к препаратам стандартной последовательности можно присоединять вспомогательные – адъювантные препараты, в том числе и воздействующие на центральную нервную систему.
  • Боль легче предотвратить, чем устранить, поэтому интервал между приёмом анальгетика зависит от длительности обезболивания. Лекарство должно приниматься до возникновения боли.
  • При необходимости лекарство нужно принимать раньше планируемого времени.
  • Лучшие средства те, которые легко принимать – это таблетки или ректальные свечи. Инъекции неудобны, к ним переходят при неэффективности таблеток.

Все эти принципы используют в лечении болевого синдрома врачи Европейской клиники.

Мы владеем не только лекарственным обезболиванием онкологических пациентов, но и всем известным спектром хирургических и неинвазивных (без повреждения кожи) методов лечения боли. В Европейской клинике помогут жить лучше и с меньшей болью. 

Источник: //www.euroonco.ru/symptoms-a-z/bol

Боли при раке

Боли при онкологических заболеваниях

18. Ещё раз о результатах лечения. Поездка в Питер НМИЦ им.Петрова.

Здравствуйте!

Давно не писал, т.к.решил продолжить после поездки в Питер. Вчера вернулись.

Продолжаю.

Оказалось, всё не так радужно, как мы думали. После 4-го курса хт, в пятницу, я забрал супругу домой на выходные. Договорились с врачом, что за выпиской приеду в понедельник без неё.

В 11:00 я был на месте. Зашёл в ординаторскую, напомнил о себе. Жду. Врач несколько раз выходил. Сказал, что с его стороны всё готово, ждём когда оформят больничный. Ждал долго. Около 2-х часов. Наконец всё оформили. Он вышел ко мне. Начали разговор.

Суть его свелась к тому, что эффект от лечения не такой, на который они рассчитывали. Активность клеток снизилась, но очаги изменились в размерах незначительно. Т.е., это и есть частичный ответ. На мой вопрос о наших дальнейших действиях, сказал, что проходим ещё два курса хт.

К этому времени должны появиться результаты исследований на мутации. Исходя из них, будет назначена таргетная или иммуннотерапия.

Меня также волнует вопрос о костях. Если, как утверждается, есть очаг в позвонке и ребре, то что мы будем делать с ними? Болей и дискомфорта нет. Но не ждать же, когда они появятся.

Врач как будто спохватился. Сказал напомнить ему в следующий раз. Будет рассматривать вопрос о назначении Зометы.

С данным препаратом я знаком. Более года вводил его в/в-капельно своему отцу. Ежемесячно. Благодаря этому, нам удалось избежать компрессионных переломов позвонков, риск возникновения которых, очень велик.

Но супруге, я его вводить вряд ли смогу. Вены слабенькие. Чтобы работать с ними, нужна постоянная практика. Поэтому буду настаивать на назначении Эксдживы.

Там и способ применения другой, и более современный препарат.

Забрал больничный, выписку и отправился домой. По пути, решил заехать на работу супруги и отдать больничный.

Дома я стал анализировать результаты анализов по последней выписке и поддался лёгкому унынию. Взлетели вверх СОЭ до 44 и тромбоциты до 780. А ведь до начала лечения эти показатели были в полном порядке. Как я понял, обычно опасения вызывает падение тромбоцитов.

А тут наоборот. Тут же одели супруге компрессионные гольфы и начали принимать аспирин, запивая молоком для снижения воздействия на слизистую желудка. У неё и так есть предрасположенность к тромбозу, а тут такое.

В общем начали борьбу за нормализацию и этих показателей.

За этими заботами, подошло время долгожданной поездки в Питер, в НМИЦ им.Петрова. К этому моменту, я уже понял, что особых надежд на эту поездку возлагать не стоит. С большой вероятностью, мы не подойдем по показаниям для проведения уникальных манипуляций врачом Левченко Е.В. Но дополнительная консультация лишней не будет.

К тому же, у нас в запасе три дня. Если не назначат никакие обследования, то в тайне, я надеялся повозить супругу по городу-музею. Было бы очень полезно развеяться и получить новые впечатления. В этом городе я был в последний раз ещё в советское время. Хотелось бы посмотреть на изменения. Вспомнить ощущения своей юности.

В шесть утра, 17-го февраля, мы погрузили вещи и направились, по привычной нам дороге. Почти каждый год, мы выдвигаемся по ней в наши экстремальные путешествия на север.

Улыбнулись друг другу, и договорились не думать о поводе, по которому мы вынуждены проделать этот путь, а представлять, как будто это наше очередное путешествие в дальние края.

Дорога прошла весело и непринужденно. Супруге разложили сидение, и она могла подремать в любое время. А когда она бодрствовала, рассказывали друг другу разные истории.

В ноябре 19-го, открыли новый участок платной дороги, который начинается за Тверью и заканчивается, как оказалось перед самым Питером. Дорога отличная! Через каждые 20 км.стоянки для отдыха. Чисто и культурно. Машин мало. Скоростной режим от 110 до 130 км.

Ни камер, ни ГИБДД. Они там и ни к чему. Нарушать нечего. Населенных пунктов тоже нет. Экономия по времени 2-3 часа.

Подъезжаем к городу. Платный участок заканчивается. В нашем случае, за удовольствие мы заплатили 1080 руб. Но оказалось, что это не всё. Нам ведь нужно не в Питер, а в курортный поселок Песочный. Через паутину сумасшедших развязок, навигатор вывел нас на КАД, а затем к новому пункту оплаты. 300 руб. Ничего не подозревая оплачиваем. А через десяток км.

следующий пункт оплаты. Тоже 300 руб. Когда нам осталось 500 м.до съезда с этого участка, подъехали к очередному пункту. 150 руб. Невероятно. За 500 км.мы заплатили 1080 руб. И 750 руб.за 15 мин.проезда по Питеру. Вернее, в объезд его. Как оказалось, это был не КАД, а ЗСД. И один раз проехать его стоило. Открывающиеся виды стоят того.

Потом мы уже на эту удочку не попадались)))

Благополучно заселились в местный миниотель. Т.к.наш номер ещё не освободили, нас временно разместили, в так называемый люкс. Люди мы не притязательные, но я так и не понял, по какому критерию, данный номер отнесли к такой категории. Более того, по сравнению со стандартным номером, он обладал рядом неудобств. Ну и ладно. Цель нашей поездки не свадебное путешествие.

На прием мы записаны к 12:00. Решили выехать в 10:00. И это было правильно. К клинике не подобраться. Машин видимо не видимо. Людей тоже. И я понимаю, насколько масштабна проблема онкозаболеваний в стране. Думаю, в любом регионе, в онкологических центрах не протолкнуться.

Сначала мы попали не в тот корпус. Оператор по телефону немного не правильно нас сориентировала. Пришлось побегать под дождём в поисках нужного помещения. Оно стоит отдельно, сбоку от основного здания. Дождались своей очереди. Нас быстро оформили и направили к кабинету.

В 11:30 мы были у кабинета. С волнением и тревогой ожидаем врача. Начитался всякого. И хорошего и плохого. Я предварительно разузнал информацию о нем. Молодой, стаж 7 лет. Без всяких степеней. Но это меня не напрягает. Бывает что консультация такого сотрудника более информативна и полезна.

В принципе, так и получилось.

Врач пришёл пораньше и пригласил нас в кабинет. Энергичный, внимательный. В глазах интеллект. Я описал ситуацию, от начала и до сегодняшнего дня и пояснил цель нашего приезда, которая заключается в том, чтобы попасть к доктору Левченко Е.В.

Мы знаем об уникальной технологии, по которой он оперирует патологии органов грудной клетки. Началась обстоятельная беседа. Нам терпеливо и доходчиво пояснили, в каких случаях может быть использована данная технология и почему нам она не показана. Описываю.

Метод химиоперфузии проводится в том случае, если имеется метастатическое поражение лёгкого, после удаления первичной опухоли в других органах. В качестве примера, приводится случай с девушкой, у которой была обнаружена остеосаркома ноги. Ногу ампутировали.

Через некоторое время были обнаружены метастазы в лёгком. Проведена вышеупомянутая процедура, результат которой стойкая, девятилетняя ремиссия.

В нашем же случае, данная процедура может только усугубить ситуацию. Ослабит иммунитет и даст толчок для более агрессивного развития. Других технологий для нашего случая пока не предусмотрено. Если бы мы проходили лечение у них, оно было бы аналогичным тому, что с нами делают сейчас. Только, скорее всего, ещё и платным.

Также, пояснил, что пересмотр диска ПЭТ КТ, тоже не имеет смысла. Если и будут расхождения, то не существенные. А вообще, я не понял, есть ли у них оборудование для ПЭТ КТ. Видел запись на КТ, МРТ. ПЭТ КТ не видел. Да и врач порекомендовал пройти МРТ головного мозга. А с ПЭТ КТ посоветовал не усердствовать.

Слишком большие дозы облучения. Т.к. результатов на другие мутации ещё нет, сказал, что нашим врачом будет назначена в обязательном порядке либо таргетная, либо иммуннотерапия, которая в нашем случае будет достаточно эффективна.

То что получен частичный ответ на химиотерапию, это нормально и размер опухоли не главный показатель. Ещё сказал, что наш вид опухоли лучше поддается лечению. Хочется отметить, что с начала всей этой эппопеи, впервые с нами была проведена исчерпывающая беседа и консультация, мы получили ответы на интересующие нас вопросы.

Супруга ожила и успокоилась, обрела новую веру в благоприятный исход. Ради этого стоило проделать такой путь.

В общем, впечатление у нас сложилось самое положительное. Сама клиника, видно что старая. Думаю и палаты в стационаре не такие современные. Но это не главное.

Для нас имеет значение организация процесса, и заинтересованность врача в положительном исходе. И в этой клинике, такие специалисты есть. Консультация была проведена бесплатно. Никаких ненужных платных доп.

обследований, как некоторые пишут, нам не назначали.

Теперь предстоит возвращаться к себе и продолжать идти к намеченной цели.

В приподнятом настроении, мы покинули корпуса клиники. И хоть погода была не прогулочная, дождь и ветер, я предложил отправиться в Питер. В самом деле, не в номере же сидеть. Решили доехать до ближайшего метро, оставить машину и отправиться в центр. Надо сказать, на мой взгляд, окраины города ни чем не отличаются от окраин других городов нашей страны.

Их можно сравнить и с Брянском, и со Смоленском, да и с другими десятками городов. И асфальт не ахти, и грязь, и лужи, стройки и т.п. А вот центр, дело другое. В метро жетончики))). Я хотел бы пройтись по Невскому от Московского вокзала до Дворцовой площади. Но погода! Да и не знали мы, насколько самочувствия супруги хватит. Решили сократить этот путь наполовину.

Вышли на станции Гостиный двор. Красиво! И холодно. Зашли в ближайшую кафешку. Погрелись и перекусили. Так получилось, что ни мне, ни жене не удавалось раньше побывать в Исаакиевском соборе и Эрмитаже. Поэтому, первым делом отправились в “Исаакий”. По дороге фотографировал супругу на фоне красивой архитектуры. Собор встретил нас грандиозный и величественный.

Когда попали вовнутрь, дыхание перехватило. Нам выделили экскурсовода, пожилую женщину. Собралось нас около десяти человек. Но по какой-то причине, эта женщина прониклась к супруге и везде водила её чуть ли не за ручку. Очевидно, определила в ней благодарного и заинтересованного слушателя. Всё-таки, хоть и не состоявшимся, но жена была архитектором.

Им преподавали историю искусств, сопромат и другие дисциплины, касающиеся всевозможных конструкций. Поэтому её интересовали не только уникальность оформления внутри, но и история и детали возведения такого сооружения. От этой экскурсии мы были в восторге. И в завершение получили бонус. Началась служба, на которой мы с удовольствием поприсутствовали.

На этом наши эмоциональные и физические силы были истощены. Присели отдохнуть и ещё раз полюбоваться перед обратной дорожкой и направились к метро.

Устали. С удовольствием уляглись у телевизора. Я хорошо отвлекся от своей каждодневной работы по спасению своей половинки. Но всегда очень горько возвращаться к реальной действительности и осознавать нависшую над нами смертельную угрозу.

Всю получаемую информацию я стараюсь перепроверить по несколько раз. Вот и сейчас начал штудировать литературу по химиоперфузии. Нашёл подтверждение слов врача о показаниях к проведению такой процедуры. Криминала не выявил. Он во всём был прав.

Значит нам остаётся таргетная и иммуннотерапия. Выбор не велик. Будем искать ещё.

Понемногу, мы начинаем привыкать к нашему новому образу жизни. Многое воспринимается как неизбежное. Сглаживаются мысли о болезни и её возможном прогрессе. Страх, конечно присутствует. Во мне. Я его стараюсь отгонять позитивными мыслями, недопускающими никакого сценария, кроме благополучного.

Мы всегда были близки. Но всю жизнь нам не хватало времени чтобы вволю побыть вместе, неразлучно. Сейчас такая возможность появилась. Мы везде и всегда рядом. И даже спим держа друг дружку за руки. Так хорошо и спокойно. И надёжно и безопасно. Пусть так и будет.

На следующий день, посетив Эрмитаж, получив массу положительных эмоций, потратив остаток сил на посещение любимого мной Зоологического музея, мы без задних ног ввалились в номер, подготовились к отъезду, немного поспали и в пять утра отчалили домой. Дорога прошла хорошо.

Перед отъездом, мы сдали анализы для следующей госпитализации. Пока мы были в отъезде, дочь их забрала. Я попросил переслать их мне. И пока я был за рулём, супруга мне их продиктовала. Всё в норме! Анализы крови отличные! СОЭ и тромбоциты нормализовались. Прекрасная новость.

Дома нас встречала соскучившаяся дочка. А на следующий день, утром, мы отправились на госпитализацию. Подошёл очередной, пятый по счету сеанс химиотерапии. Оформились. Но оставаться не стали. Впереди выходные и праздник. Делать ничего не будут. Приедем во вторник, 24-го февраля. А пока отдыхаем. Набираемся сил.

Всем спасибо за поддержку и сопереживание!

Удачи всем!

Источник: //pikabu.ru/story/boli_pri_rake_6746187

MedInfoPortal.Ru
Добавить комментарий